ДОН АНСЕЛЬМО. БРУХО. КУРАНДЕРО

ДОН АНСЕЛЬМО

БРУХО. КУРАНДЕРО

Хочу рассказать о доне Ансельмо, еще одном прекрасном целителе Майя.

Дон Ансельмо не ах-мен, не "священник" Майя, он - курандеро и "брухо". И оба эти определения ему очень подходят, потому что видит он насквозь, великолепно диагностирует и пользуется всеми возможными способами целительства, от заклинаний до акупунтуры (кактусовые иголки).

Мы не часто бываем у него. Для наших путешественников он слишком натурален, что ли... И, может быть, слишком - брухо. Но те немногие, кто побывал у него на приеме, приходят в неистовый восторг и уже никого больше не признают, кроме Ансельмо. Иногда его трудно найти, от предложения купить ему мобильный телефон он с отвращением отказался, сказав, что кого надо он и без телефона может услышать.

Познакомились мы с ним странно, как это всегда бывает у нас в Мексике. Разговорились с важным респектабельным сеньором, который оказался директором местной школы, заодно хозяином самого "шикарного" ресторана в городе, о местных целителях. Он взахлеб начал рассказывать о брухо, который вылечил его от врожденного диабета. Конечно же, мы поехали к нему. Чтобы закончить тему директора школы скажу только, что когда он понял, что нам очень понравился целитель, он весь раздулся от умственного усилия и сказал, что каждый визит к нему будет нам стоить 350 долларов с человека - 150 ему, 100 нам и 100 - курандеро. Было смешно и неожиданно, но мы вежливо согласились на роль лопоухих гринго и пообещали в следующий раз действовать через него.

Было время уборки сахарного тростника. Мы зашли на территорию, где работали люди, а неподалеку ходила зачем-то по кругу лошадь, привязанная веревкой к столбу. Я поздоровалась, но никто не ответил и даже не обернулся. Мы стояли, сбившись в кучку, и решали, что делать. Я сделала несколько шагов вперед и еще раз произнесла слова приветствия. От группы рабочих отделился человек и медленно пошел к нам. Я похолодела. На одном глазу у него было бельмо, перекошенный рот, а из него выглядывали два длинных, совсем нечеловеческих, клыка.
- Дон Ансельмо? - с ужасом спросила я.
Человек махнул рукой, показывая на кого-то в толпе. Я с облегчением поняла, что он - не Ансельмо и подошла к людям.
- Дон Ансельмо? - спросила я снова.
- Ну и что, что я - Ансельмо? - сказал сильный, коренастый, еще достаточно молодой мужчина с пронизывающим взглядом.
- Мы знаем, что Вы - сильный курандеро, не могли бы Вы с нами поработать?
И тут напускная важность слетела с этого человека, глаза заулыбались и он пригласил нас посмотреть мильпу - поле, где растет сахарный тростник, а лошадь, оказывается, ходила по кругу, выжимая сахарный сок, который мы попробовали. Возле дома стояла печь, в ней жарились облитые сахарным сиропом тыквы, кокосовые орехи и баклажаны. Нам предложили попробовать. Было так вкусно, что пришлось отгонять моих друзей от печи, чтобы все не съели и вели себя прилично.
Мы перешли к самому главному. Диагностика. Дон Ансельмо пригласил нас в дом. В комнате висел гамак и стоял ядовито-синий стол на фоне ядовито-розовых стен. Все было заставлено банками, баночками, коробочками, пахло травами, развешенными по углам. Ансельмо облился какой-то резко пахнущей чесноком, луком и еще чем-то ужасным, жидкостью.
- Это мой мачете, - сказал он. - Моя защита. Если я не мажусь этой штукой, мне вредят две женщины - брухи, которые живут неподалеку. И рассказал о противостоянии, существующем всю его жизнь. Он - "белый брухо", они - черные вредительницы. Все это очень напоминало рассказ дона Хуана о Ла Каталине из Кастанеды.
Продиагностировал он нашу маленькую группу блестяще. Но лечить днем не стал. Сказал приходить, как стемнеет.
Мы подъехали к месту, где живет дон Ансельмо, затемно. Было темно и жутко. Возле дома на столе стояла одна единственная тонкая свеча. Меня поразило, что светила она так ярко, что вокруг в радиусе полутора метров было светло, как днем. Трое людей что-то делали в стороне, в сумрачном углу дома. Я подошла и спросила у клыкастого где дон Ансельмо. Ответил другой человек, стоящий ко мне боком: " А черт его знает где этот болван Ансельмо. Ушел за пивом и нет его уже давно."
- А мы с ним договаривались. Как вы думаете, он вернется?
Все трое расхохотались. Отвечал мне Ансельмо. И опять повеяло Кастанедой...
Он лечил, выравнивал энергетику тела, напевал что-то, поднимал и ставил на пол наших мужчин, достаточно крупных и высоких, без всякого напряжения, смеялся, разговаривая со "смешными" духами...
... Это была одна из самых волшебных моих встреч. И один из сильнейших курандеро, которых я встречала.